Гуманитарные ведомости. Вып. 2 (58) 2026 г

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого № 2 (58), июль 2026 г. 9 Именно исходя из этого Бог Леонида Андреева находится за Вратами. Бог Андреева молчит. Ибо если он начнет говорит – он подчинит себе человека, сломает его, сделает из него предмет, объект своей воли и своего действия. Бог в мире Леонида Андреева всегда находится на периферии (стоит отметить, что под термином «периферия» здесь имеется в виду не оппозиционность Бога какому-то Центру, а отчужденность Бога, его наблюдательная позиция по отношению к человеческому бытию), Бог практически не взаимодействует с его персонажами как раз потому, что при взаимодействии с ними он их объективирует. (Мы видим этот же мотив в рассказе «Молчание» 1900 г.) И совсем иная логика у Анатэмы, который, вроде как, хочет помочь человеку, но при этом раз за разом превращает его в объект своих манипуляций. Проблема Дьявола и его главное отличие от Бога, которое раз за разом выделяет в своем творчестве Леонид Андреев («Черные маски», «Скорбь Сатаны», «Анатэма» и т. д.) – это не проблема противоположного Богу трансцендентного зла. Более того, Дьявол у Леонида Андреева часто бывает милосердными, добрым или, по крайней мере, пытается таковым быть, однако его главная проблема в том, что он не дает человеку стать субъектом; из-за своего взаимодействия с ним он постоянно превращает его в свою собственную игрушку. Таким образом, в мире Леонида Андреева Дьявол – это не темная сущность, желающая зла, а непокорный сын, который не может понять Отца, не может принять страданий, пытается воззвать к нему, пытается сказать, что невозможно молчать, невозможно смотреть на боль и муки человека, на что сам Бог также не может ответить вопрошающему, так как если ответит, то превратит Анатэму в тот же самый субъект. Именно эта проблема поднимается в первой картине пьесы: «Анатэма (хохочет). Имя! Назови имя! Освети путь дьяволу и человеку. Все в мире хочет добра – и не знает, где найти его, все в мире хочет жизни – и встречает только смерть. Имя! Назови имя добра, назови имя вечной жизни! Я жду» [4, с. 137]. Из-за молчания Бога Анатэма пытается увеличить количество страданий в мире. Он хочет, чтобы Бог посмотрел на мир, чтобы Он произнес ему свое имя, не выдержав человеческой боли. Весь сюжет с Давидом Лейзером, где Анатэма сначала создает праведника и радость, а потом превращает эту радость в уродливую катастрофу и в еще большее страдание, посвящен именно этому. Однако Бог в мире Леонида Андреева намеренно отошел от интенциональности к человеку, чтобы дать человеку свободу. Анатэма же превращает человека в ноэму. Он играет человеком, объективирует его и тем самым полностью искажает замысел Бога. Более того, Анатэма смутно понимает Бога, об этом нам говорит его рассуждение о справедливости: