Российский конституционализм: история и современность. Сборник материалов XIII Всероссийской студенческой научно-практической конференции

XIII Всероссийская студенческая научно-практическая конференция 8 Все вышеизложенное свидетельствует об исключительной и высокой ро- ли Конституционного Суда в судебной системе Российской Федерации. Еще в 2001 году Президент РФ В. В. Путин, выступая на торжественном меропри- ятии, посвященном десятилетию Конституционного Суда, подчеркнул его не- зависимость от всех ветвей государственной власти, при этом отметив его способность воздействовать на них своими решениями. В этом контексте, по мнению В. В. Путина, Конституционный Суд представляет собой более высо- кую инстанцию, что соответствует его назначению как органа конституцион- ного контроля [1, с. 12]. Особое внимание привлекает вопрос о юридической силе и последствиях решений Конституционного Суда. Его актуальность была ярко проиллюстри- рована примерно пятнадцать лет назад в ходе обсуждений Государственной Думой поправок к Федеральному конституционному закону «О Конституци- онном Суде Российской Федерации», и до настоящего времени окончательная. Несомненно, постановления Конституционного Суда РФ проявляют характеристики правовых норм, о которых говорилось ранее. Это позволя- ет некоторым ученым аргументированно относить их к судебному преце- денту – феномену, признанному источником права в ряде стран англосак- сонской правовой семьи. Однако критически важно помнить, что Российская Федерация принадлежит к континентальной правовой системе, где судебный прецедент традиционно не является самостоятельным источ- ником права. Более того, согласно статье 120 Конституции РФ, все судьи, включая членов КС РФ, обязаны руководствоваться исключительно Кон- ституцией и федеральными законами. Отсюда следует, что судебная прак- тика не может рассматриваться как нормативный акт, обязательный для су- дей при вынесении решений [2, с. 70–75]. В контексте анализа современных правовых систем актуализируется весьма обсуждаемый вопрос о формировании унифицированной судебной си- стемы в Российской Федерации. Такая модель характерна для англо- американского правового семейства, где Верховный суд функционирует как высшая и единственная инстанция для всех судов [2, с. 80]. Заметная тенден- ция к унификации проявилась в 2014 году, когда Высший Арбитражный Суд Российской Федерации был упразднен, а его полномочия, наряду с юрисдик- цией судов общей юрисдикции, перешли к единой высшей инстанции – Вер- ховному Суду Российской Федерации [2, с. 81]. С точки зрения автора, дальнейшая интеграция судебных органов может развиваться по пути ликвидации конституционных (уставных) судов субъек- тов Российской Федерации – большинство из которых так и не были созданы из-за финансовых ограничений регионов. Их функции могли бы быть переда- ны Конституционному Суду РФ, за которым последует его потенциальное слияние с Верховным Судом. Естественно, если подобное объединение направлено на совершенствование механизма защиты прав и свобод, то такой процесс можно расценивать как конструктивный. Однако следует отметить, что Конституционный Суд представляет собой уникальный властный инсти-