Гуманитарные ведомости. Вып. 1(57) 2026 г

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого № 1 (57), апрель 2026 г. этому вопросу, суммы пожертвований возросли кратно. Продаст он его в 1883 году, в годы жесточайшего своего внутреннего кризиса. Годом ранее Толстые приобретут усадьбу Хамовники, в Москве, где Лев Николаевич проведет последующие свои девятнадцать зим. Уже из Хамовников он трижды, в 1886, 1887, 1888 годах будет совершать пешие походы в Ясную, где по-прежнему проводил лето. В среднем его путь в 200 км занимал 5 дней, при этом в своем возрасте он проходил около 30 км в день, ночуя на постоялых дворах или в крестьянской избе. Это и был по его словам – «отдых от жизни роскошной, чтобы немного принять участие в жизни настоящей». В 1901 году Толстой с семьей приедет в Гаспру, где остановится в имении графини Паниной. Здоровье его, подточенное недавней болезнью, требовало поправки. Воспоминания о Крыме были связаны у писателя с военными событиями в Севастополе, и с поездкой в 1885 году в Симеиз, к больному другу – князю Урусову. Теперь пришел и его черед испытать живительное воздействие морского воздуха и южного солнца. Состояние его здоровья было запущенным, он сам ужу задумывался о хлопотах, которые могли бы возникнуть с погребением или перевозом его тела. Ситуация усложнялась еще тем, что к этому времени граф Толстой получил определение «об отпадении от Русской православной Церкви», в феврале 1901 года опубликованное Святейшим Синодом. Безусловно, этот широко известный факт российской истории начала ХХ века никак не является предметом нашего сегодняшнего исследования, но мы позволим привести только один отрывок из Открытого письма Л. Н. Толстого в ответ на письмо Синода. «То, что я отрекся от церкви, называющей себя православной, это совершенно справедливо. Но отрекся я от нее не потому, что я восстал на Господа, а, напротив, только потому что всеми силами души желал служить ему» [14, с. 21]. По большому счету, именно это утверждение Толстой считает основополагающим и незыблемым для себя, а вот многие другие собственные убеждения и выводы, ставшие в том числе причиной его конфликта с Русской церковью, считал неокончательными и даже сомнительными. И вот в такой канве душевных переживаний находится требующий понятных ответов на сложнейшие вопросы, разум писателя. Так мы подходим к освещению последнего путешествия графа Толстого, связанного с его уходом из Ясной Поляны осенью 1910 года. Некоторые биографы жизни писателя уверенно называют самой весомой причиной «бегства графа» сложную семейную атмосферу, которая имела место в доме Толстых последнее время. Незадолго до этого одиозного ухода, он писал Черткову: «Они разрывают меня на части. Иногда думается уйти от всех» [15, с. 405]. В «Дневнике для одного себя» от 11 сентября он повторяет эту мысль: «...Очень становлюсь близок к тому, чтобы убежать. Здоровье нехорошо стало» [15, с. 430]. Известно, что он направится в Оптину пустынь, имея намерением поговорить с оптинскими старцами, проведет там 13