Гуманитарные ведомости. Вып. 3(55) 2025 г

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого № 3 (55), ноябрь 2025 г. 71 медлительного Нила…»; «Камень»; «Перстень»; «Но в мире есть иные области…(«Капитаны»); «Под землей есть тайная пещера…»; «Три мертвеца»); ужас реальности («В библиотеке»; «У меня не живут цветы…»; «Портрет мужчины»); ужас присутствия («Заблудившийся трамвай»; «Волшебная скрипка»; «Одержимый»; «Семирамида»; «Читатель книг»). 2) В статье делается вывод, что эти типы эйдолологии ужасного имеют следующие специфические черты: метафизический ужас объединяет ужасание и удивление, выводя главного героя за рамки сущего; персонифицированный ужас проявляется в мифологических и фантастических «эйдолонах», несущих возмездие; либо, олицетворяющих хаос через иррациональную злобу, алчность, эгоизм. Эйдолология «ужаса реальности» проявляется через описание обыденности, несущей в себе отпечаток зла. Стихотворные произведения, которые можно отнести к «ужасу присутствия» в наибольшей степени выражают экзистенциальный ужас, «выдвинутость в Ничто». 3) Для построения «эйдолологии ужасного» Н. С. Гумилев использовал следующие приемы: метафизический ужас находил выражение через описание поведения героев произведения: странного, необычного, выводящего за пределы обыденного. Персонифицированный ужас выражался в описании эйдолонов, фантастических существ, персонажей мифологии, антропоморфных зверей, ломающих реальность, явление которых заставляют отшатнуться от сущего, сомневаться в сущем. При описании метафизического ужаса и персонифицированного ужаса поэт выступает как наблюдатель, рассказчик. Эйдолология ужаса реальности построена на описании ощущения зла; здесь поэт выступает как случайный свидетель зла. В эйдолологии ужаса присутствия Гумилев описывает ужас как отсутствие пространства и времени, подмену реальности ужасом, гармонии – хаосом. Это можно определить как «проседание сущего» (М. Хайдеггер). В произведениях, относящихся к ужасу реальности и ужасу присутствия, Гумилев выступает как главный герой стихотворения, ведет рассказ от первого лица. Полная захваченность ужасом, «выдвинутость в Ничто», что придает ужасанию экзистенциальный характер, проявлена именно в том типе эйдолологии ужасного, к которому относятся произведения, выражающие ужас присутствия. Эйдолология ужасного доказывает, что поэзия Н. С. Гумилева представляла собой особый способ философствования. Наиболее ярко это выражено в стихотворении «Выбор»: где ужас является не только частью поэтической эйдолологии, но и предметом философствования, выступая как плата за творчество, за бунт, за человеческую природу, и, в конечном счете, за свободу выбора, присущую только человеку: «Созидающий башню сорвётся, Будет страшен стремительный лёт, И на дне мирового колодца Он безумье своё проклянёт.