Гуманитарные ведомости. Вып. 3(55) 2025 г

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого № 3 (55), ноябрь 2025 г. 35 «Заслуга при исполнении ценности увеличивается не прямо пропорционально тяжести ее нарушения, но обратно пропорционально. Более высокой ценности соответствует при ее нарушении не более, но менее тяжкое преступление; более сильной ценности же соответствует при ее исполнении не большая награда, но ничтожная» [3, c. 583]. Характеризуя закон соотношения высоты и силы нравственных ценностей, следует иметь в виду, что в определенных границах сила ценности самостоятельна по отношению к ее высоте и не влияет на нее. Более того, она сама способна определять социокультурную значимость высоты ценности. Тот факт, что убийство, кража и подобные им преступления морально ощущаются как тягчайшие проступки, основывается всего лишь на том, что справедливость, которая в них нарушена, фундирована элементарнейшими ценностями благ (жизнь, собственность и т.п.). В этом смысле, замечает Гартман, «только низшие нравственные ценности могут принять форму заповеди. И вдвойне характерно то, что эти заповеди, чем они элементарнее, тем негативнее – выступают как запреты (не убий, не укради, не прелюбодействуй, не лжесвидетельствуй и т.д.). Определяющей здесь оказывается не высота ценностей, а низость неценностей, тяжесть прегрешения. » [3, c. 536]. Ценностная основа поведения Бессмертных определится именно тем, что низшие ценности не являются для них подлинно моральными, а становятся ценностно нейтральными, так как мотивация их поступков не связана с нарушением запретов убийства, воровства, лжи и т.п., которые бесконечно повторились в их прошлом и должны повториться в будущем. Нечто подобное происходит в цифровой реальности, где низшие ценности, не оказывают прямого воздействия на высшие. Например, заповедь «не убий» не выступает здесь в форме прямого запрета, так как в информационном мире невозможно прямое физическое убийство цифрового двойника. Соответственно, нормы «не воруй» и «не лги» также претерпевают качественное изменение. В цифровом мире, который весьма близок к ценностному миру Бессмертных, они означают: « не кради чужую информацию» и «не искажай собственную информацию». В своей совокупности две эти нормы определяют необходимый минимум моральной идентичности субъекта цифровой реальности, противодействуя «инстинкту смерти». Комментарии 1. Герой романа Симоны де Бовуар Раймонд Фоска, будучи Бессмертным, испытывает, вполне в духе философии экзистенциализма, бессмысленность и абсурдность ценностных интересов и предпочтений людей. С точки зрения, Бессмертного всё по сути одинаково, и главными чувствами, обуславливающими его поступки, является пресыщение и безразличие к делам и заботам смертных [4, c. 378].