Гуманитарные ведомости. Вып. 3(55) 2025 г

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого № 3 (55), ноябрь 2025 г. 10 вопросы с опытом культуры, тем самым адаптируясь к ее ценностному горизонту. Философия текста указывает на то, что литература – это особый способ ее конструирования. П. Рикер утверждал, что текст имеет автономное бытие, выходящее за рамки авторского замысла: «В момент, когда произведение отделяется от своего автора, всё его существо сосредоточивается через смысл, каким его наделяет другой» [14, с. 285]. В этом отношении литература становится площадкой для самопознания и идентификации. Читая, человек примеряет на себя различные жизненные сценарии, осваивает культурные модели поведения и мышления. Как отмечал Ю. М. Лотман, «искусство является коллективным интеллектом, накопившим модели мира и предоставляющим индивиду возможность пользоваться ими» [12, с. 11]. Именно такое понимание литературы (как медиативного и адаптивного механизма) становится основанием для анализа философии Л. Н. Толстого, видевшего в искусстве путь к нравственному совершенствованию и гармонизации человеческой жизни. В философии и художественном наследии Л. Н. Толстого идея литературы как средства нравственного воспитания занимает центральное место. Для писателя литература не была замкнутой сферой эстетики и мыслилась им как органическая часть человеческой жизни, деятельность, которая обязана иметь общественную и духовную ценность. В отличие от формалистического или эстетистского понимания искусства, Л. Н. Толстой настаивал на его глубинной антропологической функции. Искусство существует для того, чтобы передавать чувство, объединяющее людей, и тем самым способствовать их нравственному сближению. Для Л. Н. Толстого художественное творчество имело, прежде всего, моральное измерение. Он резко выступал против искусства, которое замыкается в круге изысканной формы и служит только наслаждению избранных. Подлинное искусство, согласно его убеждению, должно быть доступным и понятным каждому, и должно пробуждать в человеке чувство общности, любовь и стремление к добру. В этом смысле литература становилась для него инструментом духовного самовоспитания, через чтение человек приобщается к тем чувствам, которые формируют его внутреннюю правду, а через творчество писатель раскрывает свою нравственную позицию. Л. Н. Толстой выдвигал особое требование к подлинности художественного высказывания. Согласно его мысли, искусство ценно только тогда, когда оно выражает искренние, глубоко пережитые чувства. Именно поэтому он так высоко ценил народное творчество, видя в нем источник «простоты» и «истинности», которые противопоставлены искусственности и холодной рациональности художественной среды XIX века. Он утверждал: «Искусство должно не разъединять, а соединять людей, быть понятным без различных упрощений, украшательств и ухищрений, не быть нареченным, пошлым, потребительским, не развращать человека» [16, с. 112]. В результате,