Туризи и индустрия Туризм и индустрия гостеприимства: исторический опыт и современные тренды

23 обрисовать более широкую стратификационную панораму туризма [1]. И, прежде всего, он отмечает тот факт, что развитие массового туризма в XIX в. началось на задворках промыш- ленных городов на севере Англии в русле «демократизации» путешествий на поезде. Стало важным то, куда человек путешествовал, это становилось знаком «отличия’. Складывалась курортная ‘иерархия’, и определенные места стали рассматриваться как воплощение массо- вого туризма, вызывающие презрение и насмешкам со стороны доминирующих социальных групп [Ibidem, p. 16]. Однако динамику процессу туристической моды в XIX в. начали продвигать развиваю- щиеся «купеческие и профессиональные классы», приобщаясь к популярным еще в XVIII в. морским купаниям. Причем это занятие, как и прежде, часто делалось зимой и в основном включало «погружение», а не плавание. Постепенно нарастал бум развития специализирован- ных морских курортов вдоль обширной береговой линии Британии, хотя и были попытки огра- ничения морских курортов от доступа «неподходящих классов». И поскольку благосостояние значительной части работников промышленности в течение XIX в. существенно выросло, представители рабочей аристократии получили возможность доступа к низшим разрядам мор- ских курортов. Этому в свою очередь содействовали процессы рационализации промышлен- ного труда и социального реформаторства, что обернулось увеличением времени досуга тру- дящихся. Развитию туризма способствовал и железнодорожный бум. Однако «социальный тон» курортных мест во многом определялся характером и масштабом капитала, вовлеченного в новый бизнес. Крупный местный капитал тяготел к курортам с большими отелями и вил- лами, а мелкие землевладельцы – к наиболее эффективному использованию побережной ли- нии в виде пансионатов, развлекательных комплексов, небольших магазинов и т. п. [Ibidem, p. 19–21]. Между тем туристическое времяпрепровождение среднего класса шагнуло дальше. Популярностью стал пользоваться семейный отдых на море из-за целебного воздуха, прекрас- ных видов и плавания с приватным доступом к береговой линии из отдельного бунгало. Бурный рост британского морского курорта в 1950-х годах сменился его столь же быстрым упадком во многих местах в 1970-х и 1980-х годах. Почему это произошло? Британский социо- лог связывает это со смещением интереса, «взгляда» туристов на более современные туристи- ческие объекты. Прежде всего, это развлекательные центры досуга, похожие на Лас-Вегас. Это также лагеря отдыха, в которых искусственное побережье находится внутри под двойным купо- лом, ведь побережье отныне можно устроить где угодно. Однако наполнить последние по боль- шей части представителями среднего класса не удалось. Дело в том, что в послевоенный период популярный статус средиземноморского загара стал причиной притяжения платежеспособных туристов из Северной Европы на модные пляжи Южной Европы. Дж. Урри указывал на то, что, если в первые две трети XX века туристические практики были автономны от культурных из- менений, то в конце же двадцатого века туризм, наоборот, все больше сближается c культурой [10, p. 234]. И, более того, сами туристические практики приводят к культурным изменениям и указывают направление будущего. Прежде всего, усиливается взаимосвязь разных сфер дея- тельности, в частности происходит смешение коммерции и культуры, а также визуализации по- следней. Современная экономика все больше направлена на производство знаков и/или объек- тов, которые имеют высокую компоненту знаковой ценности. Дж. Урри выделяет пять основных процессов, обусловленных постмодернистской куль- турой и повлекших фундаментальное изменение туристической практики. В-первых, это ви- зуализация культуры, следствием чего является уменьшение различий между высокой и низ- кой культурой, искусством и жизнью. Именно поэтому города становятся центрами зрелищности и визуального потребления. Во-вторых, происходит становление того, что можно назвать культурой «мгновенного времени», то есть звуковой и визуальной фрагмента- цией не только информационных, но и жизненных потоков. Тем самым пространственно-вре- менные пути людей все меньше синхронизируются, и они менее организованы и структури- рованы. А это оборачивается, например, тем, что происходит утрата исторического смысла при посещении центров наследия, тематических парков и музеев, поскольку сама