Нам только 60

когда по гребню бархана косолапит к нам Касим и кричит для смеха усиливая акцент: - Что, Володькя, готов дело? Втроем несем, спотыкаясь, две фляги через бархан Мишина к колодцу не пройдет: через песок ее должен ташить трактор, который стабильно отсутствует. Одна из фляг прохудилась, и за время пути половина воды из нее утекает. Плохо: вода - это жизнь. А хлеб Зоя печет сама. Сначала это было объедением Потом, дня через три, кончились дрожжи, и хлеб ели вприглядку, катая из обгоревшего теста шарики. Чай Пустыню мы упорно называли степью, пока Лима Озерский (предмет улыбок всего отряда) - «англичанин» с иняза, робкий и задумчивый целинник-первогодок - ни разъяснил нам, темным, в чем отличие пустыни от степи. Оказалось, география (кроме классической оперет­ ты и английского) - его «конек». Разъяснения эти мы получали, когда вшестером, ведо­ мые прорабом Кошербаем, ехали за емкостью (для воды под саман) на какое-то заброшенное зимовье. Мы стояли в кузове, тесно обнявшись, голые по пояс, и пространство вокруг напоминало пейзаж из фильма «Мил­ лион лет до нашей эры». На покорителей прерий мы, правда, смахивали, но самую малость. И то лишь потому, что Петровичев и Саже- нев заросли бородами, а Лима Озерский, прокоптивший­ ся на солнце, мало чем отличался от бедуина. Емкость на две тонны воды вросла от времени в землю почти наполовину. Потом, когда мы уже отгружали ее, нам как-то не верилось, что это наши руки вызволили ее и вта­ щили на машину. Довольный Кошербай, прикрыв и без того узкие глаза, сказал: - Вот это студент! Но главное - команда: раз-два! 281