Нам только 60

Часть первая Побросали работу, отвязали ниточку. Откуда-то появился у них ножичек, которым разрезали они хлебушек и тут же принялись его жевать. А мы - и те, что хихикали из окна, и те, что морщили носы и губы внизу, - не без злорадства, но и не без нечаянной жалости торжествовали. Захаживали немцы и в наши комнаты, осматривая новые рамы в окнах, кое-где что-нибудь подкрашивая, мол­ чаливые, вроде бы даже и застенчивые. А скорее всего, просто «безъязыкие» в условиях России. Присматривал за ними молодой немец в офицерской шинели по имени Гюнтер. Зашел и в нашу комнату прове­ рить качество работ. Вошел второй раз - «попал в плен», втюрился в нашу красавицу Лиду Кострюкову. И стал у нас частым гостем. Лидка, бывало, злится, а ему хоть бы что. Стоит и сладко так смотрит на нее. Лаже оправдание придумал, чтобы подольше у нас «погостить», одолел не без труда целую русскую фразу: - Я хотшу гаварыть руззский язык. Посмеялись мы да и принялись за обучение: - Ладно, повторяй: «Русские прусских всегда бивали» (вспомнили знаменитые суворовские слова). Первые два слова сразу насторожили «ученика», и он, прежде чем повторять, спросил, что значат слова «всегда бивали». Но мы, проказницы, настояли на своем: «сперва выучи, а потом займемся переводом». Гюнтер повиновался, вызубрил фразу: - Гуззские пгуззскихь взегда бивалы... А когда ему все-таки перевели, ой как возмутился! Ой как горячо и многословно стал рассказывать, что под Гумбинненом, в Восточной Пруссии, в первую мировую войну немцы положили столько русских солдат, что под кладбище им пришлось отвести огромную территорию. И обиделся наш кавалер, и два дня у нас не показывал­ ся. А потом все-таки пришел. Прилепился-таки к нашей озорной компании. Радовался, если его мужские руки на­ ходили себе у нас работу. Например, такую. ------------------- = 106 = - ------------------