Гуманитарные ведомости. Вып. 3(55) 2025 г

Гуманитарные ведомости ТГПУ им. Л. Н. Толстого № 3 (55), ноябрь 2025 г. 57 людьми посредством социальных практик (средств массовой коммуникации, языка, религии, публичной истории и т.д.) Так или иначе этническая принадлежность проявляется через культуру, а ее передача (наследование) может быть, как социальным социальный процессом [17, с. 42-72], так и индивидуальным индивидуального соотнесением личности с культурно- отличительной общинностью и индивидуальным чувством принадлежности к родителям и более далеким предкам [17, с. 98]. Исследуя народ пуштунов, норвежский исследователь Ф. Барт убедительно показал, что в основе идентичности данного народа лежат общее происхождение, религиозные представления и обычаи. Важным условием поддержания этнической идентичности так же является публичность. Идентичности функционируют как категории включения/выключения, о которых «Я и «Другой» должны договариваться [23, с. 161]. В тоже время, в меняющихся условиях возможны разные способы реализации идентичности, таким образом, последняя является подвижной сущностью. Находясь в поиске философского обоснования дуализма этих течений Р. Р. Вахитов указывает на то, что в основе примордиализма лежит убеждение, объективное идеальное, а в основе конструктивизма идеальное субъективное, а самовоспроизводство этноса и нации происходят в процессе социального действия, который проявляется в форме этнических отношений [3, С. 42]. Как и любое другое проявление идентичности, этническая идентичность подразумевает наличие у человека осознанных представлении о «себе» и «иных», не только на уровне больших по численности общностей (нация, этнос), но и на уровне местных сообществ. В этой связи необходимо кратко рассмотреть понятия субэтноса и диаспоры. Термин субэтнос был введен Л. Н. Гумилёвым для обозначения системы внутри этноса [5, с. 105-108]. Если исходить из логики примордиализма, то этническая идентичность и есть исторически сложившаяся сущность человека. Поэтому на определенном этапе истории складываются общности (субэтносы) отличающиеся своеобразием культуры, языка и самосознанием [17, с. 61]. Представители субэтноса обладают двойным самосознанием [17, с. 89], которое, несомненно, будет находить свое выражение в культуре. Однако, таксономическая конструкция, выделяющая субэтнос в составе этноса есть ничто иное как результат политики (в том числе академической) и крайне эфемерна [19, с. 118-120]. Под диаспорой принято понимать общность людей одной этнической или религиозной принадлежности, которое проживает в стране или в районе нового расселения [19, с. 433] и может включать в себя набор различных идентичностей, в основе которых лежит представление о едином культурном базисе [16, с. 69], помимо этого диаспора сочетает в себе политические и экономические сущности. На наш взгляд, граница между понятиями диаспоры и субэтноса лежит в области политического сознания, но никак не в области философской антропологии, где на первый план выходит изучение проблемы самости человека.