Время науки - The Times of Science

Дедов С. В. Dedov S. V. 2025 11 действовало до 27 июня 1936 года [1; 4]. Данный документ предусматривал возможность бесплатной процедуры искусственного прерывания беременности. Примечательно, что РСФСР, а впоследствии СССР, стали первыми государствами в мире, легализовавшими аборты в интересах охраны женского здоровья. Тем не менее, советская власть рассматривала искусственное прерывание беременности как временную меру. Уже в ноябре 1924 года в Советском Союзе были созданы специальные абортные комиссии, ответственные за выдачу разрешений на проведение данной операции [9, с. 71- 72]. Введение данной меры было обусловлено двумя ключевыми факторами: во-первых, дефицитом коечного фонда, а во-вторых, высокой частотой абортов. [8, с. 189-190]. Так, в 1924 г. в Москве на одно рождение приходилось 0,3 случая искусственного прерывания беременности. Однако на этом регулирующие меры не завершились. Уже 12 февраля 1925 г. было издано дополнительное разъяснение, запрещающее аборты при сроке беременности свыше трёх месяцев [12, с. 82]. В 1926 г. политика в отношении абортов стала еще более строгой. Наркомздрав СССР запретил их проведение без серьезных медицинских или жизненных показаний и ограничил возможность повторных искусственных прерываний беременности. Было запрещено прерывать первую беременность женщин, а также тем, кто сделал такую операцию менее полугода назад [12, с. 82]. В начале 1930-х гг. в СССР была запущена масштабная антиабортная кампания, одним из ключевых элементов которой стало введение платы за проведение абортов. К 1934 г. его стоимость составляла 75 рублей [8, c. 192]. При анализе правовой политики в демографической сфере в 1920-е гг., можно заметить трансформацию механизмов ее регулирования. Так, в начале десятилетия государство занимало по отношению к абортам разрешительную позицию. Однако уже к середине 1920-х гг. правовое регулирование приобрело ярко выраженный ограничительный характер. Указанные изменения в правовом регулировании абортов были обусловлены переходом от идеологических установок к прагматическому подходу, что напрямую было связано с началом индустриализации в СССР. Успешная реализация масштабных экономических преобразований требовала значительных трудовых ресурсов, а потому демографическая политика была пересмотрена в сторону стимулирования рождаемости. Немаловажную роль в ужесточении законодательства сыграла статистическая динамика. Так, в 1927 г. только в Москве было зафиксировано 46 тысяч абортов, что практически сравнялось с количеством родов. Однако к 1934 году демографическая ситуация в РСФСР приобрела иной характер: при 3 млн рождений было зарегистрировано 700 тыс. прерываний беременности [7, c. 11]. Подобная тенденция стала ключевым фактором радикального пересмотра государственной политики в рассматриваемой сфере. Знаковым этапом развития советского законодательства в области репродукции населения стало принятие Постановления ЦИК и СНК СССР от 27 июня 1936 г. [1]. Особый интерес представляет преамбула данного нормативно- правового акта. В ней закреплена идеологическая интерпретация вопроса абортов. В документе содержится отсылка к Постановлению Народного