Тульский краеведческий альманах №22 2025 г

Òóëüñêèé êðàåâåä÷åñêèé àëüìàíàõ • Âûïóñê 22 • 2025 196 ностаса Всехсвятской кладбищенской церкви, по которому можно судить, что оружейник Иван Рудаков был опытным мастером. Сам текст договора содер- жит много интересных деталей и профессиональных терминов того времени, так что стоит привести его полностью: «…1817 года 12 генваря я, губернско- го города Тулы оружейник белого оружия и иконописец Иван Фёдоров сын Рудаков, дал сие условие города Тулы церкви Всех Святых, что на кладби- ще, священнику Ивану Семёнову сыну Дружинину и старосте церковно- му тульскому мещанину Герасиму Фёдорову сыну Шильникову в том, что обязался я, Рудаков, в означенной Всесвятской церкви самою лучшею ра- ботою и честного иконного писания святые образа в сем иконостасе как с фасадной, так и с внутренней стороны на приуготовленных деках (по-ви- димому, подразумеваются доски деревянные плоские – заготовки для иконо- писи. – Л. Б .) и на означенных по телу местах, что будет приказано от вышеозначенного священника. Написать мне, Рудакову, без малейших от- говорок за 7 000 с тем, что для всего написанного на всех деках и на теле иконостаса употреблять мне, Рудакову, как то: золото для позлащения венцов и для раствору на одежды самое чистое, листовое, также и кра- ски самые лучшие и прочные, а для живейшего виду употреблять кармин лучший, также и бакан и всё, что принадлежит к лучшему украшению 7 . Наблюдать мне, Рудакову, во всём прочность и порядок по расположению деков, по правилам в рисовании, размере, не упуская ничего, как то в ли- цах, в одежде, в строениях и представить ветхость, что сходно с нату- рою, во всех больших и маленьких деках, и в большой арке, и над престолом в мозаике, и над Царскими дверьми в маленькой арке с обоих сторон. Ежели будет угодно, написать мне, Рудакову, в самых арках лучшею живописною работою безотговорочно, левкас 8 полагать мне прочный, на склеенных де- ках наклеивать холстиною непременно и покрыть лаком или олифою 9 как будет приказано. К означенной работе поставить мне, Рудакову, не менее 5 человек лучших мастеров. Ежели оных здесь в Туле не отыщу, то нанять мне из Москвы или из Калуги, и которых ни под каким видом в другие рабо- ты мне не употреблять. Работу же начать с февраля первого сего 1817 года и окончить в два года, то есть будущего 1819 года февраля к первому числу. В задатке же в число условленной семитысячной суммы получил я, Рудаков, от священника и старосты 1000 рублей на приуготовление материалов и наём работников, остальные деньги получить мне, Рудакову, по усмотре- нию успеха в работе. Ежели что будет усмотрено в рисовании, по размеру деков неблагопристойность и несообразно с натурою, равно в доброте в кра- сках, левкасе и в покрытии лаком или олифою не прочно, то мне, Рудакову, непременно переписать без малейшей отговорки. А когда не перепишу, то вольны они… подрядить другого на мой счёт…» 10 . Рудаков контракт выполнил и деньги получил, но сверх контракта он сам от себя написал ещё пять икон, за которые также пожелал получить 200 рублей. Священник и староста денег не выплатили, ссылаясь на то, что сделано это было без всякого уговора и контракта как добровольное деяние. Архиепископ Тульский и Белевский решение священника одобрил и в иске Рудакову отказал. Иван Фёдорович Рудаков был женат на дочери оружейника Кузьмы Фёдоровича Медведева Анне, брак был совершён в возрасте 18 лет и остался единственным. В семье Ивана проживала его мачеха Прасковья Ивановна,