Тульский краеведческий альманах №23 2026 г

Òóëüñêèé êðàåâåä÷åñêèé àëüìàíàõ • Âûïóñê 23 • 2026 288 Взятый Тэффи тон делает глупыми и смешным даже то, что таковым не является. Например, труды Поликарпова. Мы читаем тот список и понимаем: герой рассказа «Великий человек» – человек мелкий, ничтожный; значит вся его писанина такова. * * * Кто же отразился в зеркале литературы? Фрик? Городской сумасшедший? Глупец с самомнением и дурным вкусом? И вновь не стоит торопиться. Одним глазом и в быту трудно определять рас- стояния и размеры, природа не зря придумала бинокулярное зрение. Если ико- на не рассказала о человеке, то и насмешки Тэффи далеки от действительности. Задумаемся: Поликарпов богат. Вторая гильдия, но всё же. У него не только лавка – дело расширяется, появляются лесные подряды. Дроновский пролёт – часть нынешний улицы Первомайской в Одоеве – называется так, потому что Дроновы – старое прозвание их семейства. «Целая улица есть моя собственность», – мимоходом указывает Михаил Алексеевич 44 . Успешно вести купеческие дела, не разориться, не пустить по ветру, а приумножить капи- тал, – нет, он кто угодно, только не фрик и не городской сумасшедший. Поликарпов за свою жизнь исполнял множество выборных общественных должностей. Помимо вышеупомянутого регентства в Казанском храме, он несколько лет был ктитором Воскресенского собора, одоевским присяжным, членом Одоевского сиротского суда, председателем Казанского церковно-при- ходского попечительства, членом правления Одоевского общественного со- брания, членом правления вольной пожарной дружины, членом раскладоч- ной комиссии по оценке недвижимости в Одоеве 45 . Конечно, в его личности были своеобразные, может, даже патологические чёрточки. Касаются они, на наш взгляд, не интеллектуальной, а эмоциональ- ной и коммуникативной сфер. Михаил Поликарпов совершенно не считыва- ет людей: не понимает их чувств, не понимает, когда ему говорят искренне, а когда отделываются банальными условностями или иронизируют. Много эпизодов такого плана: «Нужно сказать, что Воейков (уездный предводитель дворянства. – Д. К .) очень ко мне благоволил, и я однажды получил от него большой выговор, за незаезд к нему в дом на чай». Вот ведь благоволил так благоволил! Из-за этой своей эмоциональной глухоты он и не способен понять, какое впечатление производят его ужасающие стихи. Люди ведь говорят: хоро- шо, пиши ещё. В описании пресловутой серебряной свадьбы видно, как Поли- карпов играет людьми, мелочно регламентируя действия всех участников. Он же заранее расписывал, какими словами надо его поздравлять! Эмоциональная глухота не позволяет понять комический эффект, возникающий от противоре- чия между высокопарным заявлением («заслуги перед человечеством») и реаль- ностью («подал руку женщине Евсеевой», и, кстати, чуть не вырвал руку спасае- мой). Другая примечательная черта – ему сложно выделить в любом предмете главное. Часто его повествование «плывёт» от обилия подробностей. Михаил Алексеевич смотрелся в одоевском обществе чудаком, но отнюдь не был ни глупцом, ни шутом гороховым. Более того, всей той малости, кото- рую мы знаем о жизни одоевской глубинки рубежа позапрошлого и прошлого веков, мы обязаны именно ему. Все его современники сгинули бесследно, весь их купеческо-мещанский мир потонул, как Атлантида. А Михаил Алексеевич оставил свой след. Ведь не кто иной, а он писал статьи и летописи! Ведь имен-