Университет XXI века: научное измерение

Русский язык и отечественная литература. Теория и практика изучения 173 В это же время начинает складываться знаменитый толстовский психоло- гизм, который много раз становился предметом исследования. Необходимо об- ратить внимание на то, что он имеет вполне четкие лингвопоэтические черты выражения: это передача размышлений человека посредством несобственно- прямой речи, внутренней речи, авторской наррации, посвященной мыслям ге- роев и т. д. При этом толстовской поэтике свойственны постоянные возвращения к некой сходной мысли, витиеватые переходы от одного внутреннего утвержде- ния к другому, парадоксальные выводы, которые выглядят удивительными и для самого героя, и для читателей. То есть вся гибкость и противоречивость челове- ческого мышления, его диалектика уже в ранних рассказах Л. Н. Толстого начала проявляться в полной мере. Вместе с тем нужно отметить, что на протяжении творчества лингвопоэ- тика малой прозы Л. Н. Толстого претерпевала изменения преимущественно в своем движении от уже устоявшихся и привычных для литературы толстов- ской эпохи форм к явлениям новым, творцом которых и становился писатель. Можно сказать, что Толстой постепенно обогащал поэтику русской литера- туры и становился в ней законодателем. С определенного момента не он был продолжателем традиции, а за ним начали следовать другие писатели. В част- ности, характер передачи мыслительной деятельности человека, его погранич- ных состояний (сквозь сон, в период эмоционального и физического напряже- ния, перед смертью и т. д.), взаимодействие невысказанных мыслей разных персонажей – все это заложено в литературную поэтику именно Л. Н. Толстым через «Севастопольские рассказы», «Поликушку», «Смерть Ивана Ильича», «Холстомера» и т. д. Значительные место в лингвопоэтике Л. Н. Толстого занимает характер опи- сания разных социальных слоев населения и их взаимодействия. Крестьянская и дворянская темы значительно развиты в малой прозе Л. Н. Толстого, но наряду с тематическим разнообразием у писателя возникает и новый язык, новый стиль рассказа об этом. Уже в «Утре помещика» Нехлюдов испытывает то особое странное чувство разобщенности со своими крепостными. Непонимание кресть- янами формальной логики, отсутствие ожидаемой реакции на барскую доброде- тель, холодок ощущения того, что простолюдины смотрят на барина несколько свысока и даже с чувством презрения – это те новые оттенки, которые в специ- фическом толстовском языковом оформлении вошли в литературу уже в 1860-е гг. Они не раз появятся затем и у самого Толстого, и у его последователей. В это же время писатель начал активно использовать диалектизмы, просторечие, «подслу- шанные у народа» фразеологизмы, пословицы, поговорки, образные словечки и т. д. В малой прозе появятся специфические народные антропонимы вроде Юхванка , Чурисенок , Давыдка в «Утре помещика», прозвищные именования простых людей ( Аришка Бурлак в том же рассказе). С другой стороны, «степен- ные» описания лучших представителей русского крестьянства также возникнут в малой прозе Толстого. Вспомним внешность Маланьи из рассказа «Тихон и Маланья», которая одета в нарядный крестьянский костюм среднероссийской деревни, легка и складна в своих движениях, строга в нравах и вместе с тем ве- села, покладиста, трудолюбива и оптимистична. Подобный тип героини затем