Исследовательский потенциал молодых ученых: взгляд в будущее

22 Где-то между 370–380 гг. н. э. союз гуннов и аланов начал давление на гот- скую «державу Германариха». Как сообщает Иордан, Германарих, будучи ране- ным и находясь в тяжелом физическом состоянии, отбивался от противника как мог, однако еще до падения готской державы, он умер (Iord., Get. 129–130). По- сле смерти Германариха борьбу продолжил его наследник Витимир. Как указы- вает Иордан, между гуннами и готами произошло сражение на реке Ерак (Iord., Get. 130), в котором готы потерпели сражение, что в свою очередь привело к раз- делению готов на остготов и визиготов и их отступлению с ранее занимаемых регионов на земли Римской империи. Античные авторы ничего не сообщают о судьбе Боспорского царства, в ре- зультате первых передвижений гуннов, упоминая лишь борьбу с аланами и го- тами Германариха. Из этого можно сделать вывод, что в первую очередь, гуннов интересовали степи Северного Причерноморья. Покорение Боспорского царства не было для них основной задачей. По мнению А. А. Васильева, гунны, малой частью орды, все-таки побывали на Боспоре [12, с. 290; 14, с. 139–140]. По мнению А. И. Айбабина, гунны вторглись на Боспор на рубеже IV–V вв. н.э., после полного утверждения в степях Северного Причерноморья [5, с. 73]. Как предполагает А. К. Амброз, вторжение гуннов и их протекторат не привели к кризису в общем ходе развития [6, с. 15–16], а также не особо отразилось на внутренних делах Боспора [7, с. 226]. Более того, политическая обстановка в среде гунно-аланского союза, которая выражалась в постоянной политической борьбе между влиятельными вождями и внутренней раздробленности, играла на руку Боспорскому царству. Борющиеся друг с другом гунны либо не обращали внимание, либо пытались всячески поддержать этот крупный торгово-ремеслен- ный центр в степях Северного Причерноморья. К последней четверти IV в. н. э. относится появление на некрополях Боспора вещей, характерных для черняховской культуры, которую отождествляют с готами. Это керамика черняховского облика [18, с. 294], подвязные фибулы типа Амброз [18, с. 291], гребни типа Томас 3, малые двухпластинчатые фибулы [18, с. 288], умбон щита типа Цилинг К2 [28, с. 226], восточногерманские фибулы типа Виллафонтана периода Д2 (360/370–400/410 гг. н. э.) [18, с. 295]. М. Л. Ряб- цева связывает такой наплыв готских предметов, с хлынувшим на Боспор пото- ком готов-беженцев, после разгрома гуннами «державы Германариха» [25, с. 18]. Вероятно, что начиная с конца 370-ых г. н. э. по начало V в. н.э. Боспор попадает под влияние готов, бежавших от нашествия гуннов. Иордан упоминает, что остготы, порабощенные гуннами, жили мирно и оста- лись в собственной «стране». Ими управлял собственный «царек» (regulus), кото- рый согласовывал все свои решения с гуннами (Iord. 125–127, 130, 246–253), что говорит о широкой автономии, которую гунны предоставили остготам. Прини- мая во внимание сообщение Иордана, мы можем предположить, что отсутствие глобальных разрушений на Боспоре после прихода гуннов, может быть связанно с деятельностью готов из «державы Германариха». Вероятно, что последние, так же как состоящие с ними ранее в одном племенном союзе остготы, понимая силу