Исследовательский потенциал молодых ученых: взгляд в будущее

21 Принимая во внимание вышеописанные факты, можно прийти к выводу, что до прихода гуннов в степи Северного Причерноморья Боспорское царство не раз- рывало политические, экономические и культурные контакты с Римской импе- рией. Империя, в свою очередь, искала подходы, чтобы без излишних финансо- вых потерь расширить потерянное ранее влияние на Боспоре. А. А. Васильев предположил, что в период 50-х–60-х гг. н. э. Боспор вполне мог входить в сферу влияния готского государства Германариха [12, с. 289]. Ис- точников, прямо указывающих на это нет, однако стоит отметить, что державе Германариха были подчинены обширные земли в районе Меотиды, а также в его подчинении находились различные меотидские варвары, в том числе эрулы (Iord. Get., 116–120). В пользу этой теории также могут говорить варварские подража- ния римским монетам. Таковые были обнаруженные среди монетных кладов в районе Анапы на Шум-речке [26, с. 172], на Раевском городище [23, с. 53]. Кроме боспорских монет Фофорса и Рескупорида VI, были обнаружены два вар- варских подражания римским республиканским денариям, некоторые монеты, подражания римским динариям II–III в. н. э. Ряд ученых предполагают, что мо- неты могут принадлежать готам Германариха, не имеющим собственной монет- ной системы, но необходимой для поддержания государственности [16, с. 102]. Стоит отметить, что подобные монеты не были обнаружены на территории Боспорского царства, и, видимо, на Боспоре в обращение не ходили. Мы полагаем, что влияние «державы Германариха» на Боспор несомненно было, но выразилось, в первую очередь в торгово-экономической сфере. В сферу влияния державы Германариха входили обширные территории от Балтики до Урала [1, с. 35], и влияние это выражалось, в первую очередь, в контроле за ос- новным торговыми путями [33, с. 86]. По мнению Б. А. Рыбакова подданные Гер- манариха являлись просто участниками днепровской торговли, платившими го- там проездную плату [24, с. 70]. В таком случае у готов были серьезные рычаги давления на Боспор, купцы которого также участвовали в торговле по днепров- скому и донскому торговым путям. К 70-ым года IV в. н. э. относится появление гуннов в Северном Причерно- морье. Аммиан Марцеллин, отмечает, что некие «таинственные люди, чьи имена и обычаи были не известны», напали на галанов (аланов) в районе реки Дон и разбили их, подчинив оставшихся в живых (Amm. XXII, 8, 38). Зосим сообщает, что Киммерийский Боспор обмелел из-за снесенного с устья Танаиса ила, и гуннские орды сумели перейти пролив в брод, попав, таким образом, из Азии в Европу (IV, 20). В это же время рождается довольно популярная у античных и раннесредневековых авторов легенда о том, что путь к броду через пролив гуннам показала лань (бык), проскакавшая по обмелевшему участку про- лива (Bello Goth. VIII, 5; Agaf. Mirn.V.11; Sozom.VI.37). Однако все эти авторы ука- зывают, что после перехода через пролив гунны столкнулись с готами. Более того, среди них нет конкретики по вопросу, что же все-таки пересекли гунны: пролив, Меотиду или устье Танаиса. Вероятнее всего, что наибольшая орда гуннов перешла устье Танаиса, где и столкнулась с готской державой Германариха.