Молодежь и наука - третье тысячелетие 2018

12 Третий тип острова представлен в образе Петербурга. Известно, что этот город построен на островах, названия которых также фигурируют в романе. Инициация – обряд, характеризующий переход индивидуума на новую ступень развития в рамках какой-либо социальной группы. [3] После разморозки Пла- тонов лишь спустя некоторое время вспоминает свою прошлую жизнь и вос- принимает новую информацию, адаптируясь к концу XX века. Сам ритуал ини- циации складывается из обрядов отделения (из Соловков в Анзер), периода «на грани миров» (заморозка) и восстановления (Петербург). В «Авиаторе» также часто фигурирует роман Даниэля Дефо «Робинзон Крузо», любимая книга Платонова. Главный герой романа Дефо также попадает на остров, который встраивается в островную концепцию и классификацию Л.И. Горницкой, М.Ч. Ларионовой как райский. Платонов сравнивает Соловки и остров Робинзона: « Те, что создали соловецкий ад, лишили людей человече- ского, а Робинзон – он ведь, наоборот, очеловечил всю окружавшую его приро- ду, сделал её продолжением себя» . [1] Кроме того, Е.Г. Водолазкин описывает «ментальное» островное путешествие героя: «Я представлял себе Робинзона Крузо, бредущим вдоль полосы прибоя, переносился на его остров со своего, и, даже если не менялся с ним местами (зачем ему мой остров?), то сменял его на несколько мгновений в той благословенной необитаемой земле» [1]. Обитателей островов можно поделить на несколько групп: 1) инферналь- ные персонажи (Ногтев, Воронин, Зарецкий); 2) сакральные персонажи (Ана- стасия, академик Мурамцев); 3) люди, претерпевающие определённые измене- ния состояния («лазари», Иннокентий Платонов). В XIX веке мифологема острова употребляется не только для обозначения определённой географической местности, но и метафорически переносится на объекты, которые островами не являются [2, 59]. Таким метафорическим обра- зом острова в «Авиаторе» является новое, чуждое для Иннокентия, время. Не- смотря на то, что Петербург является родным городом главного героя, после «ледяного сна» он словно переместился на незнакомое пространство, где мно- гие элементарные для окружающих вещи являются неизвестными для Платоно- ва. Он отождествляет себя с Робинзоном, которому пришлось адаптироваться к непривычным условиям. Островом представляется и квартира Иннокентия: «В моей прежней квартире я иногда чувствую себя будто на острове – среди моря чужой жизни. Бедный Робинзон Крузо» [1]. Образ острова подчёркивает одиночество героя в этом новом незнакомом мире, где он оказался изолирован- ным от своей эпохи и близких ему людей. Крузо сначала лишён собственного пространства (крушение корабля) и боялся потерять время (отмечал воскресенья на столбе). «Подумал вдруг о лишённых времени и пространства: да ведь это мертвецы. Получается, что мы с Робинзоном – полумёртвые. А может быть, и мёртвые – для тех, кто нас знал в прежнем времени и прежнем пространстве». [1] Иннокентий сразу после разморозки был лишен памяти, и не мог знать, где находится и в каком году очнулся. Таким образом, Е. Г. Водолазкин в романе «Авиатор» показывает всевоз- можные модификации образа острова: остров-ад, остров-рай, остров как ини-