V Милоновские краеведческие чтения

37 ров немного, однако некоторые заслуживают внимания. Помимо образок , мож- но отметить, например, безделушка (описывая игрушку или мелкий подарок), кучерявый (как эпитет для волос ребёнка: слово не редкое в языке, но в корпусе повести встречается единожды применительно к локонам Николеньки), хала- тец . Подобные слова демонстрируют гибкость языка автора и добавляют ню- ансов описанию; – историзмы, реалии, термины: около 20 % . Это значимый пласт, учиты- вая, что Толстой отображает дворянский быт 1830-х годов. Например, маниш- ка – деталь одежды, бархатцы – цветы в саду или шлея – элемент конской упряжи – все эти слова могли встретиться по одному разу, нарисовав конкрет- ную деталь, и более не упоминаться. Поскольку «Детство» частично автобио- графично, Толстой мог использовать реальную лексику своего детства, которая не повторяется вне контекста конкретного эпизода; – имена собственные: около 25–30 % . Значительная доля гапаксов при- шлась на уникальные имена персонажей второго плана и упоминания. Напри- мер, фамилия Корнакова (княгиня) – гапакс; имя Сонечка Валахина упоминает- ся подруга Николеньки. Упоминание городов или мест в этой категории гапак- сов мало могут сказать о стиле автора, кроме стремления к разнообразию и конкретике, однако они влияют на общую статистику. – ииноязычные элементы: около 5 % . Немецкие фразы Карла Иваныча (несколько слов), возможно французские отдельные слова. Их относительно немного; – прочие лексические единицы: примерно 30 % . Сюда попадают разного рода слова, не объединённые вышеперечисленными признаками, но употреб- лённые разово. Это могут быть эмоциональные междометия, редкие синонимы дескать или авось один раз). Также это могут быть описательные фразы: например, эпитет непроглядный (о темноте) употреблён лишь в одной сцене. Эти слова нельзя назвать ни новыми, ни терминологическими – скорее это часть общего словарного богатства языка, которую автор привлекает эпизоди- чески. Их наличие способствует художественной выразительности: синоними- ческие ряды, тонкие оттенки смысла. То, что многие из них всплывают лишь однажды, свидетельствует о экономности и точности слога Толстого: он не по- вторяется в выразительных деталях без необходимости. Следует подчеркнуть, что доли категорий оценены приближённо. Многие гапаксы можно отнести сразу к двум категориям (например, манишка – и тер- мин одежды, и реалия эпохи). Тем не менее, из этого обзора видно: гапакс- легомены «Детства» охватывают широкий спектр лексики – от конкретных имён и бытовых предметов до эмоциональных выражений и потенциальных неологизмов. Такой разброс подтверждает идею о том, что гапаксы проникают во все уровни текста, участвуя и в фактуальном наполнении (именуя объекты), и в стилистическом окрашивании речи. Анализ только одного произведения не даёт полной картины развития ав- торского языка, но некоторые тенденции можно отметить. «Детство», будучи дебютной повестью, демонстрирует богатство и относительно высокую долю гапаксов (~ 45 % типов). Если обратиться к гораздо более объёмному роману