УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ ВЫПУСК 10
гонит ваших милых мужичков» >. Таким образом, Савелов внес ясность: у правительства не может быть иных принципов, кроме принципа сохранения максимальной выгоды дворянства. Либерал Рязанцев, бюрократ Савелов и Усатый старик поня ли общность своих интересов. Рязанцев вырабатывал иллю зии своего класса, прогресс лишь рисовался его воображению, а Усатый старик, как практик, живет без иллюзии и говорит начистоту. Усатый старик появляется всего в одной сцене романа и тем не менее он надолго запоминается читателю.. О его внешности говорится довольно лаконично: «высокий, прямой, худой», по выправке старый кавалерист. Это один из служби стов николаевского времени, близкий по духу к Скалозубу и к полковнику из рассказа Толстого «После бала». Его презри тельное отношение к народу дает основание предполагать, с какой жестокостью он расправлялся с солдатами. Взгляды и жизненная программа Усатого старика раскрываются путем высказывания о крепостном праве, о народе, о государствен ной власти и т. д. Речь его груба, построена из коротких фраз, изобилующих бытовой лексикой, и густо оснащена во просительными и восклицательными .интонациями. Смена ин тонаций свидетельствует не только о взволнованности и заин тересованности говорящего, короткие фразы, произносимые им, похожи на команду: «Сказано: «освобождайте» — баста! Торопитесь слушаться и только. Почему? Отняты штыки, в этом весь резон». Кстати, словб резон повторяется им не сколько раз, в его употреблении оно синонимично слову баста. Он употребляет пословицы и поговорки, вроде: «Ой, бабушка надвое гадала!», «положить зубы на полку», «перед нами ви ляют хвостом» и др. В конце разговора с Волгиным он наглеет, переходит в на ступление и начинает особенно часто повторять обращение «милостивый государь». «Вы грозите революциею, милости вый государь?»—спрашивает он Волгина.—«Хорошо, милости вый государь. Теперь мы будем понимать ваши желания». (XIII, 206). Волгин относится к матерому крепостнику с вели чайшим презрением, да и со стороны автора явно чувствуется 1 Пранительство действительно довольно часто прибегало к военной силе для наведения «порядка». Так, в романе Вс. Крестовского «Панурго- во стадо» показан расстрел «бунтовщиков». По мнению Крестовского, на чальство вынуждено было прибегнуть к такой крайней мере, чтобы на править мужиков на истинный путь. Более правдиво картина кровавого усмирения нарисована в романе Данилевского «Воля».
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy ODQ5NTQ=