УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ ВЫПУСК 10

Соколовский предсказывает возможность их сближения в дальнейшем: «события идут быстро, — говорит он, — и скоро сведут нас, — так или иначе, сведут, наперекор вашей воле» (XIII, 140). Подобное сближение вполне возможно, но только при одном условии: если Соколовский освободится от либерального угара и поймет, что программы прогресси­ стов и крепостников в вопросе освобождения крестьян мало чем отличаются. «Одурение» Болеслава Ивановича доходит до кульминации во время организации им обеда у Илатон- цева. Затея его, как известно, провалилась. Для Волгина такой исход не был неожиданностью, тогда как Соколовский буквально потрясен вероломством «друзей свободы» — Саве­ лова, Рязанцева и их компании. Но и после этого он не пере­ стал еще верить в целесообразность дальнейшей борьбы за реформу: «Нет, я пойду к ним, буду бороться до последней минуты». Однако здесь же у него вырывается весьма неле­ стный отзыв о своих бывших союзниках: «Такая слабость, такая трусость! — с горечью говорит он. — Между ними нет ни одного государственного человека!» (XIII, 208). Эта фраза свидетельствует о появлении критического отношения к тем людям, в искренность и благородство которых он верил. Так логика событий подвела его к признанию правды Волгина. Окончательный разрыв Соколовского с либералами неизбежен, такой конец вытекает из природы самого харак­ тера героя. Вся прошлая жизнь Соколовского научила его ненавидеть русское самодержавие, недалек тот день, когда он станет ненавидеть тех, кто поддерживает эту мрачную силу. Его смелая, честная, мужественная натура, чуждая лжи и лицемерия, не примирится с существующим поряд­ ком, а темперамент борца не позволит стать наблюдателем жизни. Очевидно, и Волгин почувствовал в нем этот перелом. Ку­ да девалась его осторожность! Он советует Соколовскому махнуть рукой на либералов и поехать вместе с ним к сво­ ему лучшему другу и единомышленнику. И, надо полагать, эта встреча произойдет. Прототипом образа Соколовского, как известно, послу­ жила конкретная личность Сигизмунда Сераковского, био­ графию которого Чернышевский хорошо знал и лично был 73