Исследовательский потенациал молодых ученых: взгляд в будущее - 2025

55 в 1991 году, представляет собой самое достоверное на сегодняшний день собра- ние криминального жаргона, насчитывающее около 10 000 терминов и выраже- ний, употребляемых уголовно-преступным элементом. Особое внимание в исследовании уделяется тем лексическим единицам, ко- торые со временем вышли из активного употребления – архаизмам. Архаизмы – это своеобразные языковые реликвии, сохранившиеся от прошлых эпох, но вы- тесненные современными обозначениями тех же понятий. Если историзмы слу- жат маркерами конкретных исторических ситуаций и артефактов, то архаизмы представляют собой общую категорию устаревших слов. Когда из обихода исчезает тот или иной предмет, вслед за ним уходит из языка и его название. Эта языковая закономерность касается в том числе и кри- минального жаргона как составляющей общенационального языка. Ярко это прослеживается на примере предметов кражи и обихода, которые имели свои уникальные жаргонные названия. Например, лорнеты – «камбалы», карманные часы – «канарейка», цепочка от часов – «путина», серебряная таба- керка – «скуржаная лоханка», шинель – «шельма», столовые часы – «стуканы» [2]. Значительные изменения претерпела лексика, обозначающая денежные сред- ства. В то время, как общее жаргонное обозначение «бабки» сохранило своё место в современном криминальном жаргоне, большинство других наименований ис- чезло из употребления в связи с изменением способов их номинации [1, с. 14]. Интересно проследить, как номинировали в криминальном жаргоне различные де- нежные единицы прошлого, то есть «криминальные» архаизмы: дворянские деньги – «барские бабки», грош – «гроник», двадцать пять рублей – «жирмабешь», копейка – «каника», «канька» «кафи», тысяча рублей – «косуля», червонец – «ры- жик», деньги – «сара», пятирублёвая бумажка – «синьки», трёхрублёвый – «стрем- чаговый», трёхрублёвые бумажки – «трёки», три копейки – «трёшка», серебряный рубль – «царь», «колесо», «колесо-царь», сто рублей – «капчук» [3]. Модернизация системы наказаний сделала неактуальными некоторые кара- тельные меры, вследствие чего их наименования вышли из употребления, то есть являются «криминальными» историзмами. Так, в романе упоминается: палач – «кирюшка» и инструмент, на котором наказывали осужденного плетью – «ки- рюшкина кобыла» [3]. Среди служителей закона в Петербурге выделялся палач Кирюшка, прославившийся своим «особым мастерством» в исполнении приго- вора. Постепенно личное имя трансформировалось в нарицательное обозначение палача. Отсюда и «кирюшкина кобыла». Также покинула современную реаль- ность поездка преступника на позорной колеснице к эшафоту на Конную пло- щадь – «проехать на фортунке к Смольному затылком» [3]. Осуждённых достав- ляли на позорной колеснице, именуемой в жаргоне «фортункой», с разворотом спиной к лошади, и провозили через весь город до площади у правого берега Лиговского канала, где находилась Знаменская церковь. На площади устраивали публичную порку провинившихся. Каждого из них привязывали к «кирюшкиной кобыле», и избивали плетьми на глазах у собравшейся толпы. Интересно, что